16
0Надеюсь, вы не говорили при ней по-немецки?
— Я ее даже не видел, — ответил Крюгер.
«Старуха» оказалась женщиной лет около пятидесяти. На ней был тот самый кожух, который она ссужала несколько часов назад Скляному. Увидев людей в советской военной форме, она сразу же заговорила.
— Где же это видано, паны офицеры, чтобы совать людей в подвал. Змей! — Она погрозила кулаком Скляному. — Дезертир проклятый. Добрались до тебя!
Мишель засмеялся.
— Наш товарищ поступил, конечно, неправильно. Но он не дезертир, гражданка. Вы что, одна здесь живете?"
"— Совсем одна, — ответила женщина, — мужа в сорок первом году забрали в армию. Два сына было. Один в партизаны ушел, другой не знаю куда. — Она замолчала, опустив глаза.
— Он служил в полиции? — спросил Крюгер.
— Кто же его знает, где он служил. Полгода уж нет. Одна с хозяйством управляюсь. Да и хозяйства осталось: корова, лошадь да куры.
— Не так плохо для этого времени, — сказал Мишель. — Вы хотите, чтобы муж и сыновья вернулись?
— А как же не хотеть?
— Тогда надо помочь нам. Вы должны запрячь лошадь и проводить нас до станции.
— Нет такого права, чтобы лошадей отбирать, — закричала женщина.
— Мы не отбираем. Вы поедете с нами, — спокойно и настойчиво сказал Мишель. — А со станции возьмете лошадь обратно.
— Не поеду, хоть стреляйте, не поеду.
Крюгер поднял было пистолет. Но «обер-лейтенант Боле» задержал его.
— Учтите, гражданка, ваш муж и сын советские солдаты, ваш долг помочь нам.
Женщина постояла молча, потом слезы потекли у нее по щекам. Она повернулась и, вытирая глаза концом платка, пошла запрягать лошадь.
Глава двенадцатая
На четвертом километре
Майор Мельниченко приказал водителю остановить машину. Навстречу по дороге строем по три двигалась небольшая колонна немецких военнопленных. Впереди, сзади и по сторонам шло несколько советских солдат-автоматчиков. Немцы были оборванные, грязные, обросшие трехнедельными бородами. За спинами у многих топорщились бурые от грязи вещевые мешки. Позади конвоя шагал высокий старший лейтенант в форме войск МВД и рядом с ним рыжий широкоплечий сержант с автоматом и трофейным «парабеллумом» на боку. Еще дальше, шагах в тридцати, тащилась крытая брезентом телега с высокими бортами, управляла которой женщина в рваном кожухе. Рядом с ней тоже сидел автоматчик — остроносый парень в меховой кубанке.
Майор вышел из машины, два офицера и водитель остались на месте.
— Стой! — скомандовал майор. — Начальник конвоя, ко мне!
Старший лейтенант, придерживая прыгающую на боку полевую сумку, подбежал к нему и старательно взял под козырек.
— Старший лейтенант Дутис, — представился он.
— Что за команда?
— Конвоирую на ближайшую станцию группу военнопленных в количестве двадцати восьми человек!
— Документы.
