18
0
— Хоть что-нибудь да останется, — заключила она.
Когда Скляной рассказал об этом временному командиру группы лейтенанту Крюгеру, тот долго хохотал:
— По-моему, она ведьма! На русских хуторах всегда живут ведьмы, присмотрись-ка к ней!
Однако ведьма приняла Миколу совсем неплохо и даже вот одолжила ему старый кожух, который так греет холодными ночами, когда Скляной, сидя часами в лесу у переносной рации, вылавливает из далекого эфира позывные радиостанции абвера.
Сегодня ночью он получил особенно важное указание с добавлением немедленно передать его лейтенанту Крюгеру. Вот из-за этого и пришлось спозаранку тащиться сквозь мокрый кустарник.
«Покуда солнце взойдет — роса очи выест» — снова вспомнилось ему.
— Ох, выест, — вздохнул Скляной и услышал негромкий оклик сзади из-за кустов:
— Стой!
Скляной вздрогнул и остановился, подняв руки вверх.
— Ложись!
Скляной лег, стараясь проглотить тугой комок, подступивший к горлу. Что-то уж очень чисто голос говорил по-русски. И только когда человек вышел из-за кустов, страх прошел. Лейтенант Роденшток тоже узнал Скляного.
— Что это ты на себя нацепил, Иван? — спросил лейтенант. В группе все немцы звали Скляного Иваном.
— Это русский кожаный пиджак, — ответил Микола. — Ведите меня к господину лейтенанту Крюгеру. Я получил важную радиограмму сегодня ночью. Приказано передать ее немедленно. А вы напугали меня, очень уж чисто говорите по-русски.
Роденшток довольно улыбнулся. Они прошли между кустов к хорошо замаскированному лагерю диверсионной группы Да, Скляной с каждым днем все больше убеждался, что отряд подготовлен отлично. Самые боевые и опытные диверсанты вошли в группу. Пятеро из них отлично говорили по-русски и уже не раз бывали в советском тылу. Скляному стало ясно, что их группе командование придает особое значение. Это чувствовалось и по тому, как неусыпно следила радиостанция абвера за позывными группы. «А раз так, — думал он, — и у меня тоже есть возможность сделать карьеру. Дай-то бог!»
Подходя к Крюгеру, Скляной, уже вполне оправившись от недавнего испуга, приосанился. Широкоплечий рыжеволосый Крюгер, одетый в линялую советскую гимнастерку, галифе и кирзовые сапоги, сидел на поваленном дереве, выгребая из котелка завтрак — распаренный концентрат.
Увидев Скляного, он отложил котелок.
— Что-нибудь есть, Иван?
— Точно так, господин лейтенант, получена радиограмма о предстоящем прибытии командира группы. Велено передать вам лично, вот… — Он протянул Крюгеру бумажку со столбиком цифр. — Дальше я не расшифровывал. Это по вашему личному коду.
— Хорошо! — сказал Крюгер. — Подожди, я прочту!
Скинув свой кожух, Скляной расстелил его в стороне у дерева и прилег. Уже сквозь дремоту он услышал взволнованный голос Крюгера.
