11
0
— Я пришел с гор, а горы ваши друзья, — произнесла темная фигура в кустах, еще густо окутанных здесь, в низине, утренними сумерками.
— Горы нас стерегут, — отозвался Шеер с облегчением, радуясь, что точно вышел на место встречи. А еще больше обрадовался, когда признал этого человека, вышедшего из зарослей: — Чомай! Вот это встреча! Совсем не ожидал тебя увидеть…
— Горы стелют тропы друзьям и добрым людям. Я узнал тебя, кунак, и слушаю.
Да, Уянаев был прав — не время для эмоций. Шеер перешел к делу:
— Передайте секретарю подпольного райкома, приказано активизировать подрывную деятельность в районе Гизель— Адон — Алагир. Особенное внимание следует обратить на дезорганизацию работы штабов и служб. Сигнал — начало наступления Красной
Армии в указанном районе. Чтобы ни один провод не остался неповрежденным… Второе: коммуниста Ми–хальского вместе с другими арестованными завтра ночью повезут в Ставрополь. Необходимо, чтобы партизаны освободили их. Это единственная возможность спасти Михальского. Арестантов повезут в крытой грузовой машине. В двух «опелях» — офицеры СД. Мотоциклетный конвой. На брезенте машины, вверху, примета — желтое пятно от разлитой краски. Ночью эта примета малозаметна. Так что максимум внимания…
— Во главе группы, — сурово сказал Чомай, — пойдут братья Тамирбулат и Димитр Дзбоевы. Они поклялись, что не будут жить, если не спасут товарища Михальского.
— Ну, зачем же так, — возразил Шеер.
Чомай взглянул на него, понял, что тот ничего не знает о событиях августовских дней, и коротко объяснил:
— Это горская присяга кровников: товарищ Михальский спас Тамирбулата и Димитра от верной смерти…
— Вот оно что! Тем лучше…
Гуденье мотора прервало их разговор.
— Шеер, где ты? — послышалось с дороги.
Чомай Уянаев неслышно исчез в зарослях.
Звал не Ганс Лютке, и главное — голос был знакомым, тот, которого ждал…
— Эгей! — отозвался. — Идите сюда!
Сквозь кусты кто–то ломился, шумно отдуваясь. Гауптман вытащил фотоаппарат.
— Доброе утро, Адольф! — Из кустов напрямик продирался меднорожий ас Густав Готтфрид. — Чего это тебя с утра в кусты понесло? — громогласно осведомился он, — Да еще без девочки…
— Хочу сфотографировать восход солнца на Тереке. — И подмигнул: — С этого времени — немецкого солнца. Для книги нужны и экзотические пейзажи, Густав… Погоди, я и тебя щелкну. Где желаешь? На фоне этих диких скал или на берегу бурного Терека?
— На фоне местной княжны! — ухмыльнулся ас.
— Но где же ее взять?
— А я привез… этой бездельнице приспичило подышать горным воздухом.
