Анти-Горбачев-4

— Агенту надлежит разузнать все из первых рук, это как минимум, а как максимум… ну об этот пока помолчим. Перехожу ко второму пункту… второй наш источник в Кремле уже загружен новыми заданиями целиком и полностью, он пока молчит, но есть надежда получить более точную информацию о подковерной борьбе в ближайшие часы.

— А третье что? — спросил Кейси.

— На третье у нас будет аналитика относительно обоих возможных исходов кремлевского противостояния… она пока не до конца сформирована, но к концу дня точно будут первые прикидки…

— Надо ли связываться с Романовым и его конкурентами? — уточнил Кейси, — что насчет этого твоя аналитика говорит?

— Сложный вопрос, — Джон переложил левую ногу на правую, — лично я бы порекомендовал дождаться окончания противостояния, а затем уже присоединяться к победившей стороне.

— Все, — остановил Джона директор, — время Х, надо связываться с Рональдом…

— Нам выйти? — спросил начальник русского отдела.

— Да, пойдите перекурите пока, — и директор жестом показал, куда всем идти.

— У меня уже из ушей дым идет, — пожаловался начальник отдела Джону, когда они вышли в коридор, — не могу я больше курить.

Глава 17

И Минин такой молодой

Перед тем, как записывать свое обращение к народу, Романов все же позавтракал, чем бог послал. Точнее, чем послало управделами Горьковского обкома. К концу завтрака подтянулись и все прочие действующие лица, начиная с первого секретаря обкома.

— Товарищ Генеральный секретарь, — отдал под козырек генерал Патрикеев, — к вашему выступлению перед телекамерами все подготовлено, можно начинать.

— Хорошо, — Романов вытер руки салфеткой, — я тоже готов — далеко отсюда до памятника-то?

— Пять минут пешком или минута на машине, — счел нужным напомнить о себе Христораднов.

— Пойдем пешком, — решил Романов, — так мы ближе к народу будем, а заодно и ноги разомну."

"И они поднялись на лифте на поверхность, а потом вышли по очереди на Верхне-Волжскую набережную. Охрана взяла подконтрольное лицо в плотную коробочку, так они и проследовали вплоть до Кремля, Валерия Павловича Чкалова, а затем свернули налево к Козьме Минину-Сухоруку, гордо простершему свою правую руку к небесам. Рядом суетились телевизионщики и чуть поодаль даже собралась небольшая группа любопытствующих граждан.

— Мне одному кажется, — спросил Романов, — что у него правая рука длинновата?

— В войну устанавливали, — начал оправдываться секретарь обкома, — возможно чего-то и недоглядели… а потом не до того было, все привыкли. Но у нас уже в планах заменить этот вариант на более новый, объявлен даже конкурс на лучший проект.