2
0— А что?
— Придётся сдать, в интересах следствия, — покачал головой Хмуров. — И проехать с нами, для беседы.
Глава 14
Беседа
По дороге, сидя на заднем сидении машины Хмурова, я соображал, что мне говорить, а что нет. Что характерно, такую честь — проехаться со следователем — оказали только мне. Участников банды выводили по одному, в наручниках, и сажали в автобус с решётками на окнах.
Вроде как я ни в чём не виноват, и опасаться мне нечего. А с другой — жила где-то на уровне подсознания передавшаяся с памятью предков мысль, что посадить при желании можно любого. Вопрос лишь наличия желания. И заслуги перед отечеством, коих пока не так и много, далеко не всегда гарантируют беспристрастность.
Так что первой моей мыслью было не говорить вообще ничего. Но потом, немного успокоившись и рассудив здраво, решил, что совсем в отказ молчать будет подозрительно, да и глупо. Например, участие Леры уже не скрыть — в дежурную часть звонила именно она. И хорошо, что не скрыть, иначе мне было бы очень трудно объяснить своё присутствие в мастерской, или что это у этих «чёрных аномальщиков» такое. По тому, что я успел увидеть — выходило, что ремесленная мастерская, вроде как с шитьём что-то связанное. Да там такой бедлам творился, что хрен поймёшь, да и не до того было. Пофигу, пусть они там хоть крестиком на шкурках вышивают, имело значение лишь то, что эти придурки прохлопали живого и очень опасного хищника.
А вот говорить ли про расследование? Лера, конечно, скажет, иначе как она объяснит уже своё присутствие? А объяснения с неё возьмут, как пить дать. Не могут не взять, будь она хоть дочка самого Маратыча. И она расскажет, что журналистское расследование проводила. А почему не рассказать? Ведь благое дело делала, да и по её журналистской деятельности вроде как обычное дело. Или нет? Как это здесь устроено? Может, надо какое разрешение брать, а она вдруг не взяла? А, ладно, это её проблемы!
Вот про то, что мы её в этом расследовании чуть-чуть направили, бог даст, Лера не настолько дура, чтобы рассказывать. Мы, конечно, ничего секретного ей не сказали, но тут в другом дело. Мы ведь, по сути, на коррупцию внутри самого Управления наткнулись. Наверное. Это не точно, но очень похоже. И кто знает, а вдруг следователь тоже замешан? Вон как быстро подъехал, чуть не вперёд Орлова! И Маратыч приехал, да ещё и с этим… крысолюдом.
А если вдруг выяснится, что про что-то надо было рассказать, а я не рассказал, а следователь сам уже узнал, то всегда можно сказать, что я не очень разбираюсь в уровнях допусков, что имею право рассказывать, а что нет. В общем, всегда можно объяснить молчание нежеланием сказать что-то, что права говорить не имею.
Разобравшись, достаточно успокоился, чтобы мыслить трезво.
