2
0Уж не знаю, чем они по жизни занимаются, вроде не зеки, но полученные в учебке усиления им и без аномалий пригодятся, так что парни в любом случае не в проигрыше. А может, за этим и шли сюда!
Не все догадались зачистить подвал или чердак, и за это им снизили балл. Но было немало и тех, кто, как и мы, уничтожили 100 % тварей. И даже опередившие нас по времени были, чем очень сильно гордились! А мы радовались за коллег, ведь не обязательно быть всегда и во всём первыми, пусть и другие побудут!
Всё это нам рассказал ротный на построении.
Дальше те, кто не сдал, должны будут пройти в медсанчасть, им там поставят комплексную не то вакцину, не то сыворотку, в общем, укол. Подпишут кучу бумаг и до свидания. Повторно можно попробовать только через год, не раньше.
А тем, кто прошёл, предстоит подписать вагон и маленькую тележку разных бумажек. Ротный пошутил, что в среднем стержень на подписи уходит, на одного человека. Так что мы в учебке ещё на пару дней задержимся, нас будут вызывать по одному, и дальше всё объяснят.
Служить пойдём по распределению, и тоже нам всё объяснят. Одно известно — как парами учебку проходили, так парами и распределяют."
"После построения мы переоделись, и наконец-то пообедали. После всех нагрузок и треволнений жрать хотелось просто жуть как. Под конец обеда за нашими молчунами пришла медсестра из лазарета. Мы им, конечно, посочувствовали, попрощались.
День прошёл в счастливом ничегонеделании. Нам разрешили отдыхать до самого окончания пребывания в учебке. Мы просто валялись по своим кроватям, и сержанты нам ничего за это не говорили. Кто-то играл в карты, кто-то ушёл на стадион играть в футбол… Мы с Майей валялись в обнимку, и, ни от кого не скрываясь, слушали музыку. А всё почему? А потому что мы уже не курсанты, а выпускники! А это почти то же самое, что дембеля! И нам — можно. Если не борзеть, конечно.
Потом на ужин позвали. Там к нам присоединились четверо отсеянных.
— Парни, а вы разве не в лазарете должны быть? — спросил у них Коля.
— Да нас уже отпустили, ща пожрём и домой, — ответил за всех Тимур. — Мы ж сегодня всё равно на довольствии, чё добру пропадать!
— А ещё двое где, ушли уже? — Майя оглянулась, чтобы найти недостающих.
— Нее, они в лазарете лежат, у них температура за сорок, сестричка сказала до завтра проваляются.
Мне это показалось странным, и, взглянув на нахмурившуюся Майю, я понял, что и ей тоже. Встретив мой обеспокоенный взгляд, она нахмурилась ещё больше.
После ужина дошла очередь на подписание документов и до нас.
Действительно, прочитать, понять и подписать пришлось целую гору бумаг. В первую очередь — подписки о неразглашении и согласие на установку нейроимпланта.
