Annotation

— На кого охотились хоть?

— Среди прочих и на меня, — негромко ответила Северина, не отводя взгляда от серых глаз Закса.

Он недоуменно вскинул брови, внимательно осматривая ее. Потом медленно произнес:

— Ни хрена себе… Интересная у тебя жизнь.

— Интересная, — согласилась девушка. — И все-таки мне нужен стрелок.

— Ладно, допустим, я стрелок. Дальше что?

Северина издала звук, похожий на боевой клич индейцев, и рассмеялась.

— Дальше будем искать второго стрелка и судью. Два револьвера, две мишени. Победителю достанется приз.

Его брови второй раз удивленно взметнулись, оказавшись высоко на лбу.

— Весело. Приз — ты?

— Возможно, — таинственно прошептала она.

— Я не хочу кота в мешке. Я хочу тебя.

— Кто платит, тот и заказывает. Что угодно.

— Но стрелять при этом обязательно? — с легкой улыбкой уточнил он.

— Обязательно. Ствол же у тебя, — хрипловато хохотнула Северина и закусила палец.

Он рассмеялся и протянул руку:

— Если ты об игрушке, то пока нет. Давай сюда.

— Об игрушке. О твоей, — она кокетливо вскинула бровь. — Я бы поиграла.

— Тогда на кой черт нам сдались второй стрелок и судья?

— Ok, подловил.

— Я тоже в некотором роде охотник.

— Заметно.

— Тогда пошли добычу делить. Каждый свою.

Сунув большие пальцы в карманы джинсов, Северина двинулась в сторону лестницы, виляя бедрами и напевая разудалую ковбойскую песенку. Закс, глядя ей вслед, опрокинул в себя остаток виски и поднялся следом. «Носорог» он покинул за час до рассвета.

Глава 5. Чугунка

Он проснулся в четвертом часу утра и больше уже не мог спать. Сон был прежний, который он знал наизусть, переживая его снова и снова. Он повторялся из раза в раз, заставляя его подхватываться с постели с криком.

Не понимающим, где он, и что происходит, бросаться куда-то вперед, вытягивая перед собой руку, в которой все еще сжимал пистолет. Десять лет он держал этот чертов пистолет в своей ладони и не мог опустить его. Пальцы его ощущали холодную гладкую поверхность курка. И отвратительная его тяжесть ложилась тяжестью на душу. Это потом уже Закс понимал, что руки его цепляются за воздух. Ничего и никого нет.

К утру Закс обыкновенно приходил в себя. Контрастный душ, бритье, ведро кофе без сахара. Свежая рубашка, дорогой парфюм. Ни одна тварь из тех, что окружали его эти долбанные годы, не знала, что скрывается за строгим костюмом и почти мальчишеской улыбкой успешного бизнесмена.

К своему, надо сказать, счастью.

Ему тридцать шесть. Он стоит во главе крупной компании, созданной когда-то его отцом. И имеет больше, чем простой смертный может себе представить.

Но это не мешает ему просыпаться в четвертом часу утра, подрываться с подушки и стрелять в черноту вязкой ночи, дышавшей ему в лицо. Это после уже Виктор взял с тумбочки телефон, чтобы взглянуть на время.