Хаджар с трудом мог представить себе гордого, по-звериному свободного Великого Мечника за чисткой нужников или надраиванием мостовых, но не верить резона не было.
– Так было до тех пор, пока мне не довелось чистить сапоги одному, как я думал, дворянину, – Орун сплюнул через плечо. Его глаза полыхнули чистой, незамутненной ненавистью. – Он представил как Горман… Горман, представляешь… Ублюдок даже не стал заморачиваться с фальшивым именем.
Хаджар обратился в слух. Судя по всему Орун решил рассказать, каким именно образом из наемника превратился в Великого Героя Империи Дарнас.
– В то время я очень нуждался в деньгах, Хаджар. С южных провинцией привезли новое вино с добавлением одного корешка… в общем – без него мне было плохо, а с ним
Глава 827
Орун сделал еще несколько больших глотков. Затем вытер губы и продолжил.
– Мы выдвинулись с ним вдвоем. Я понятия не имел. Кто он такой, но чувствовал огромную силу. Уже тогда проклятый Морган был Безымянным.
– Но зачем тогда… – Хаджар осекся. Перебивать Великого Мечника было не самой лучшей идеей.
– Вот и я подумал о том же, – слава Высокому Небу, Орун не вспылил и не возобновил тренировки.
– А как же народ?"
"– А что народ, – пожал плечами Орун и отпил еще немного. – Пока война не приходила к порогу их дома – всем было плевать. Всем, кроме молодого, нового Императора.
Орун опять пожал плечами и, вновь осушив горлянку, в очередной раз её наполнил.
– Но полностью глубину той задницы, в которую залез, я осознал только когда мы подобрались к генеральскому шатру Шесевиг.
Хаджар начал смутно догадываться в какое русло клонило рассказ Оруна. И, видят Вечерние Звезды, это было ничем не лучше той части, где он рассказывал о своем юношестве и службы наемником.
– Шесевиг уже какое-то время сражались с нашими войсками в этом регионе.









