219
0
Хаджар не без удивления наблюдал за тем, как Морган общался с тетей Доры. И, признаться, понаблюдать было за чем. Хотя бы просто потому, что Морган разговаривал с эльфийкой примерно так же, как Акена с Дорой.
С первого же слога слух резала взаимная, глубокая, граничащая с ненавистью, неприязнь.
– Тогда ты можешь быть свободна, Талесия.
– Да, Ваше Императорское Величество, – целительница присела в глубоком книксене. Она молнией собрала свои многочисленные склянки, покидала их в деревянный саквояж, захлопнула его и была такова.
Сборы у целительницы не заняли и минуты.
Какого демона происходило между кланом Зеленого Молота и Императорским родом?!
– Эльфы, – процедил Морган. Многочисленная свита поддержала его одобрительным гулом. – И когда они уже уймутся…"
"– Уймутся с чем? – машинально спросил Хаджар, а затем, опомнившись, поспешно добавил. – Ваше Императорское Величество.
Но, даже несмотря на полный уважения тон и необходимую приставку, на Хаджара все равно посмотрели на на неотесанного варвара.
Улыбка разом сошла с лиц наложниц – они потеряли к нему интерес. Советники же печально закачали головами.
Мол – закатилась, так и не вспыхнув, новая звезда Дарнаса.
Но мгновением позже их первоначальные радушные маски вновь вернулись на лица. Морган, едва было не держась за живот, засмеялся.
Его смех, подобного тому, что издавали сыновья и дочери Вечной Горы, заставил трястись воздух. Хаджару и вовсе показалось, что где-то рядом забили барабаны.
Даже в смехе, простом смехе Императора, содержалось достаточно силы, чтобы убить Небесного Солдата.
Называть Моргана человеком? Нет, возможно, когда он им и был. Но уже давно перестал. Теперь это могучее, древнее существо, которое обладало прошлым человека и его обликом.
Почти так же, как Орун, да проклянут его Неба и Земля.
– Видел как напряглись эти блохи? – Император, нисколько не стесняясь присутствия этих самых “блох” – кивнул в их сторону. – По старому закону тот, кто обратиться к Императору напрямую, не дождавшись дозволения, немедленно отправляется на плаху. На рудники – в лучшем случае.
– Почему?
И вновь Морган, тряся своей густой, короткой, черно-белой бородой, засмеялся.
Хаджар же понял, что опять, машинально, задал вопрос вперед разрешения на оный.
Что же – у него имелось твердое оправдание. Он, недавно, битву с Пиковыми Повелителями пережил. Обзавелся новыми шрамами, доказывающими этом, а еще отправил парочку к праотцам.
– Теперь я не сомневаюсь, что ты ученик моего пса, Хаджар Дархан, – Морган утер выступившую слезу. Его глаза были слегка красноватыми.
