Алька Верник и наследие предков

Он смеялся, а я отчего-то смутилась, после его шутливых слов встретившись глазами с… Истарховым. Вот скажите мне, почему Денис до сих пор на меня так смотрит, словно его не кормили неделю. Не то что бы мне это мешало, но отвлекало точно.

– Смотри, как вылупился, – кивнула Хунька в сторону моего бывшего, когда я опустилась рядом с ней на скамью, – все глаза проглядел, аспид белобрысый! А чего это ты от противника нашего Стасика хотела, а?

– Спрашивала какой у него уровень. Заволновалась, когда цвет его пояса увидела, – ответила я, – ну и удачи пожелала.

– Никогда не понимала всех тонкостей этой цветовой иерархии… – буркнула Хунька.

– Черный идет сразу после коричневого. У Стаса самый высший кю, а у Стивена самый низший дан, – попыталась объяснить я, – они практически равны.

– Кю… Дан… Прекращай на меня так ругаться, Верник, – отмахнулась Хунька, – лучше скажи, ты же заметила, как эти ганимедские два метра сплошного тестостерона на тебя пялились? Заметила?

Я отрицательно покачала головой."

"– Вот ничему тебя, Алька, жизнь не учит. Халтурщик, твой Истархов, – возмутилась подруга, – он в нижней части тебя девственности лишил, а о верхней даже не позаботился!

– О какой еще верхней части? – недоуменно переспросила я.

– О мозгах, Алевтина, о мозгах! – рассмеялась Хуня, – думаешь ты по прежнему, как девственница. Да ты, Верник, даже с андроидом для интим услуг умудрилась до утра песни петь и посадила ему все батарейки. А сейчас, когда на тебя откровенно пускает слюни представитель мужеского пола, от которого у нормальной женщины сердце внизу живота начинает биться, ты даже не замечаешь, не говоря о том, чтобы среагировать!

– Ничего он на меня не пускает, – отмахнулась я, – просто пошутил и улыбнулся. И Истархов уже не мой.

– Конечно не твой! – как ни в чем не бывало продолжила Хуня, – ты его бросила! Бортанула! Оставила! Запомни! Нет, память у тебя девичья… Верник, ты лучше запиши себе в ком и напоминалку поставь, чтобы через каждый час пиликало. Пилим – Аля, бросила Истархова! Истархова больше нет в твоей жизни, но есть целая куча крышесносных мужиков, которые проявляют к тебе интерес, а ты забилась в раковину как улитка и вход запаковала.

– Ничего я не улитка и не забилась! – моему возмущению не было предела.

– Так докажи это, Верник! – откровенно ржала надо мной Хуня.

– Как?

– Поцелуй победителя! – выпалила она.

– В щеку! Не могу я Стаса по взрослому целовать…

– Алька, Алька… А вот Стас может, он то за тобой хвостом с первого курса ходит. Вдохнови парня перед боем. Да Погодин за твой поцелуй не только ганимедского мачо, он Великую Китайскую стену снесет! – Хунька была непреклонна.

– Ай, ладно, – решилась я, – все равно ведь тебе легче дать, что просишь, чем объяснять почему нет.