Исторического значения он не имеет, поскольку существует много копий этого труда, но выглядит впечатляюще, не правда ли?
Херманн сунул руку под днище шкафа и надавил на потайную кнопку, замаскированную под один из стальных шурупов. Верхняя треть шкафа отделилась от остальной его части и отъехала в сторону, а на дне шкафа обнаружились девять листов хрупкого папируса.
— А вот это нечто гораздо более ценное. Отец давным-давно заполучил их у того же человека, который продал ему кодекс. Некоторые листы написаны Евсевием Софронием Иеронимом, жившим в четвертом и пятом веках.
— Странный вы человек, Альфред. Вы приходите в восторг от какой-то ерунды. Ну скажите на милость, какое значение могут иметь сегодня эти древние полуистлевшие бумажонки?
— Огромное, уж вы мне поверьте. Они, возможно, способны изменить само наше мышление. Некоторые из этих также принадлежат перу Августина Блаженного, а вот это — переписка между Иеронимом и Августином.
Херманн видел, что американец смотрит на бесценные листы пустым, скучающим взглядом.
— У них что, уже тогда существовала почта? — тусклым голосом осведомился он.
— Да, хотя и в примитивной форме. Послания передавались с путешественниками, направлявшимися в том направлении, где жил адресат. Именно письма представляют собой наиболее ценный источник сведений о событиях тех дней.
— Вот как? Очень интересно.
Херманн перешел к главному.
— Вы знаете о том, как вообще появилась на свет Библия?
— Вообще-то не очень.
— А вдруг все написанное в ней — ложь?
— Это вопрос веры, Альфред. Какое это имеет значение?
— Очень большое. Что, если отцы ранней церкви — такие, как Иероним и Августин, — решили изменить мир? Вспомните, в какое время они жили. Через четыреста лет после рождения Христа и гораздо позже того, как император Константин Великий принял христианство, когда новая религия завоевывала мир и уничтожала философские учения, противоречившие ее постулатам. Это было время, когда Новый Завет только зарождался. Различные евангелия объединялись, и в результате возникало новое Священное Писание.
— Но вы сказали, что Иероним перевел Библию на латынь."
"— Совершенно верно.









