Александр Агренев. Трилогия (СИ)

— Оружейное направление.

Не названными остались всего трое. Но не потому, что о них забыли — нет, просто им не было нужды становится членами Директората. Борис Григорьевич Луцкой уже месяц как возглавлял конструкторское бюро имени себя, имея в планах усердную работу над всеми типами и видами моторов. Владимир Ефимович Грум-Гржимайло (дал же бог фамилию!) все так же по-прежнему руководил им же и созданным Институтом Сталей и Сплавов. И категорически не желал отрываться от интереснейших исследований и важнейшей научной работы ради каких-то там заседаний. Ну а Греве, Валентин свет Иванович, бессменный порученец, а временами даже и соавтор его сиятельства, так и оставался в прежней своей роли.

Личного порученца и соавтора.

— На этом пока все, господа — директоров химического и фармакологического направлений я представлю вам несколько позднее. Теперь что касается вопросов финансирования и управления, а так же внутреннего взаимодействия…

Бум!"

"Вздрогнув о неожиданности, хозяин дома вынырнул из воспоминаний и недоуменно оглядел кабинет, выискивая источник столь странного звука. Встал, подошел к окну, и стал свидетелем весьма занимательной картинки: Спиридон как раз нагибался и протягивал руку к серо-синему воланчику, а та, что ""по ошибке"" послала его вначале в стекла папенькиного кабинета, а потом и почти под ноги папенькиного же охранника, стояла в ожидании, и довольно улыбалась.

Шалость?.. Или тут было что-то другое? Иммануил Викторович еще раз оглядел площадку перед домом, проследил, как воланчик вернулся в руки дочери и пробормотал:

— Маленькие детки — маленькие бедки. Большие дети… Да уж, выросла.

Вернулся к столу, и натягивая нарукавники, вздохнул: через год-другой еще две дочки подрастут.

— Н-да, маленькие детки!..

***

Стоило посетителю зайти в кабинет, как на лице министра путей сообщения Российской империи, Сергея Юльевича Витте, расцвела радостная улыбка.

— Добрый день.

— Определенно добрый, Александр Яковлевич.

Последние полгода отношения его превосходительства с обществом как-то не складывались — немного мешал скандал, возникший после того, как он, вопреки всем советам и предостережениям, сочетался законным браком с Матильдой Исааковной Лисаневич, урожденной Нурок.

Не смутил его и конфликт с ее первым мужем, которому почему-то не понравилось, что за его женой ухаживают (причем так, как будто его и вовсе нету в природе), и необходимость удочерить ребенка… А вот высший свет империи брак министра с разведенной особой еврейского происхождения не одобрил — вплоть до того, что жене объявили бойкот, а мужу общественное ""Фе!"".

И тем ценнее был каждый аристократ, относящийся к нему даже не хорошо — просто нейтрально. Князь Агренев, кстати, относился к первой категории.