0
0Так, может, ну их в задницу, эти двадцать тысяч? Руки, ноги, мускулы, специальные знания, опыт — все есть! Сейчас в любую солидную фирму его на полторы-две тысячи баксов без вопросов возьмут… Зато перед совестью, перед товарищами чистым останется и предателем не станет!
Только как из всего этого выпутаться? Не скажешь же этим рожам: мол, извиняйте, ребятки, я передумал, пойдем обратно, а деньги я вам завтра принесу… Сразу же прикончат, и никакие приемы рукопашного боя не помогут! Да и к Маринке тут же нагрянут деньги забирать, а там еще неизвестно что удумают…
Лейтенант резко остановился, идущий сзади ткнулся ему в спину.
— Эй, что стал, а? — враждебно спросил голос с сильным кавказским акцентом, и Скороходов вдруг понял, что судьба его решена однозначно независимо от того, выполнит он свои обязательства или нет.
— Вспоминаю, куда идти…
Туннель разделялся на три рукава. Налево шел низкий и узкий ход с блестящими от стекающей воды стенами, направо — круглая бетонная труба двухметрового диаметра.
— А то можно в такие места забраться, что обратно дороги не будет…
— Вспоминай, дорогой, вспоминай, спешить некуда, — раздался другой голос, важный и снисходительный.
До нужного места было рукой подать. Двести метров по трубе и налево. Но лейтенант стоял в задумчивости. Он передумал продаваться. И сейчас лихорадочно искал выход из положения. Его специально учили действовать в экстремальных ситуациях, побеждать превосходящего в силах противника, уходить от преследования. Он не знал досконально систему подземных спецкоммуникаций, но имел о них общее представление. Словом, шансы у него были.
— Кажется, сюда. — Он посветил в мокрый ход. Лезть туда никому, конечно, не захочется. Потом посомневаться насчет трубы, а по ней тоже идти — замучаешься, и наконец, мотивированно выбрать ровный и сухой путь. А там видно будет… — Или сюда? — Луч фонаря переметнулся в бетонный круг.
Сзади послышались шаги, голоса, Скороходов невольно обернулся и увидел приближающиеся пятна света.
— Кто это там? — непонятно у кого спросил он.
— Не волнуйся, дорогой, это наши, — успокоил тот же вальяжный голос.
— Вася, ты здесь? Вася!
Марина! Зачем она сюда пошла?!
— Здесь, здесь, — как можно спокойней сказал лейтенант.
Растолкав осязаемую, настороженно дышащую темноту, девушка прижалась к нему, обхватила за шею, несколько раз поцеловала в щеки. Прикосновение хорошо знакомого тела, теплый будоражащий запах мгновенно испарили решимость и готовность рискнуть. Обратного хода теперь не было.
— Точно, сюда!
Взяв Марину за руку, он шагнул в трубу.
