В двенадцать ноль семь ответ Дронова поступил в шифротдел ФСК, а в двенадцать ноль девять, с минутным нарушением срока, был передан «четыреста двадцать восьмому». Чтобы скрыть нарушение, дежурный оператор поставил в журнале правильное время: двенадцать ноль восемь.
Позывной «428» принадлежал командиру специальной базы, замаскированной под исследовательское судно «Солнечный берег», который по официальному штатному расписанию занимал скромную должность старшего научного сотрудника экспедиции. Прочтя указание Центра, «четыреста двадцать восьмой» нецензурно выругался.
Для того чтобы «немедленно покинуть территориальные воды Греции», ему надо было обрубить канат и оставить водолазный колокол вместе с тремя пловцами на дне Эгейского моря. Но ни о чем подобном в шифровке не говорилось. Для того же, чтобы дождаться пловцов и с соблюдением требований декомпрессии поднять их на борт, потребуется не менее полутора часов, а такая просрочка в данной конкретной ситуации неминуемо приведет к «расшифровке операции и международному скандалу». Вот и решай заданную Центром головоломку!"
"«Четыреста двадцать восьмому» было сорок девять с половиной лет.
Ему осточертел цифровой псевдоним и конспиративное болгарское имя, осточертели моря, океаны, грозящие постоянной опасностью чужие порты и неустроенность жизни, его тошнило от все более бездарных и непродуманных операций и очень угнетала бесперспективность бытия. Он имел звание полковника, а следовательно, мог уйти на пенсию через шесть месяцев и пожизненно получать шестьсот тысяч полновесных российских рублей, что составляло немногим больше ста долларов США.
Стивидор[26] в Пирейском порту зарабатывал шестьсот. Правда, «четыреста двадцать восьмому» предстояло жить не в Пирее или Афинах, а в Москве, где приличная, но не элитная проститутка берет за сеанс сто пятьдесят баксов, а ужин в частном ресторане стоит двести. И хотя он не собирался прибегать к услугам платных шлюх или ходить по кабакам, но по этим признакам легко мог оценить доступный ему уровень жизни.
Правда, было интересное предложение от вышедшего на пенсию в прошлом году сослуживца. Тот обосновался в Туапсе и занимался поисками затонувших судов, барж, катеров и самолетов.
Дело приносило солидный доход и требовало привлечения квалифицированных специалистов. А «четыреста двадцать восьмому» такое занятие было по душе, тем более что если отбросить шпионскую прокладку, именно это он и делал все двадцать семь календарных лет службы.
В принципе он дал согласие, приятель присмотрел для начала небольшой домик на берегу и даже назвал первый объект разработки — затонувший в войну сухогруз с медью.
0
0
