0
0В таких случаях атмосферу может разрядить появление женщин, полиции или банальная драка. Приводить на виллу женщин мог только хозяин, поэтому подобный вариант исключался, к глубокому сожалению всех четверых бражников. Полиция была поблизости: Иорданидис и Влакос ждали, когда сумерки сгустятся, чтобы начать действовать, но участники застолья об этом ничего не знали. Оставалось одно…
Мрачным взглядом Орест оглядел собутыльников, выбирая жертву.
— Почему ты оставил пост? — угрожающе спросил он.
— Кто, я? — удивился Никон. — Ты же сам позвал!
Никон был самым молодым и потому больше всех подходил для показательной расправы.
"— Почему ты оставил пост? — Орест приподнялся и, целясь в голову, ударил, но не попал, а, потеряв равновесие, повалился на стол.
— Ты что?! — Никон вскочил, схватив со стола нож. Лицо его покрылось красными пятнами, глаза сверкали. Несмотря на молодость, он явно не подходил на роль жертвы. Но отступать Орест не привык, рука метнулась к бутылке, пальцы привычно обхватили горлышко.
— Успокойся, Орест. — Гурий перехватил его кисть, прижал к столу.
— А ты обойди территорию, спустись на причал, увидишь яхту — дай знать, — приказал он Никону.
И, с трудом удерживая угрюмого здоровяка, выдавил:
— Так будет лучше.
— Перестаньте, — возразил Артемий. — Хозяин вернется утром. Для чего ломать компанию? Брось нож, положи бутылку…
— На меня с железкой?! — не унимался Орест. — Я тебе шею сверну!
Пожав плечами, Никон вышел во двор и неверной походкой двинулся по лестнице вниз, к причалу. Нож он по-прежнему крепко сжимал в руке.
Через пятнадцать минут Верлинов обнаружил то, что искал. В углу, за новым двигателем для яхты, надежно укрытый брезентом лежал на тележке подводный скутер.
Действуя скорее интуитивно, чем по расчету, он отвинтил крышку топливного бака, поднес к горловине фонарик, качнул скутер. На самом дне колыхнулся тонкий слой высокоочищенного керосина.
Вскоре струя горючего устремилась в пустое чрево индивидуального носителя. Вначале это сопровождалось звенящим гулом, Верлинову казалось, что он разносится по всей округе. По мере заполнения бака звук приглушался. Когда отражающая свет поверхность приблизилась к горловине, Верлинов прекратил заправку.
