0
0Теперь все сосредоточено в одних руках. А тот, от кого зависит жизнь Первого лица, не менее могуществен, чем сам Президент…
Проходя сквозь высокие двери, Гонтарь и Степашкин переглянулись, очевидно подумав об одном и том же. Волкодавы не шелохнулись. Раньше при виде своих главных начальников они вытянулись бы в струнку. Впрочем, раньше ни у Гонтаря, ни у Степашкина не было ни малейшей возможности попасть в коридоры высшей власти.
В вестибюле генералов ждала личная охрана. Когда их окружили рослые парни из числа преданных подчиненных, оба почувствовали себя увереннее.
Кремлевский двор был, как всегда, пустынен. Идеально ровный, чистый, без трещин и выщерблин асфальт напомнил Директору ФСК о затаившейся где-то сейсмической бомбе. Он поежился. Возможно, потому, что дул резкий холодный ветер.
Адъютанты синхронно распахнули дверцы одинаковых черных машин. Словно по негласному уговору, все «силовики» пользовались бронированными «мерседесами-600». Кроме специальной связи и пулеустойчивых скатов громоздкие черные монстры были оборудованы вмонтированными в багажники пулеметами и совмещенными с прицелами видеокамерами.
Степашкин первым провалился в мягкое кожаное чрево спецавтомобиля, нажал кнопку, и толстое стекло отделило пассажиров от водителя и занявшего свое место охранника. Гонтарь сел рядом. Но вести серьезный разговор в машине никто не собирался.
— На объект номер семь! — приказал Директор в переговорное устройство.
Через сорок минут они оказались на одной из баз ФСК.
Два основных «силовика» пошли по узкой дорожке в пожухлой траве вдоль бетонной стены ограждения.
— Сегодня он подставил нас обоих, — начал Гонтарь. — Папа ткнул меня мордой в его паскудный доклад и сказал, что ты тоже облажался со всех сторон. А он один работает за всех и прикрывает наши просчеты.
Хотя имя не произносилось, уточнять Степашкин не стал, прекрасно понимая, о ком идет речь.
— То, что он делает, вообще не входит в функции главка охраны! — возмущенно вытаращил водянистые, с наглецой, глаза министр обороны. — Ладно, если бы это раскопали твои люди, мы бы всегда договорились и решили все вопросы без излишнего шума.
«Как же, как же, — саркастически подумал Степашкин. — Ты такой кроткий и покладистый…»
— Но он влез и в твою, и в мою компетенцию! И мы не знаем, что он шепчет Папе на ухо!
— Почему же… Про меня — что я не тяну свою должность.
