Аккорд

 – И прошу тебя пообещать мне, что между нами никогда не будет секретов, Джесси.

– Тиджей, мне так жаль… – начинает она, но я ее перебиваю, хотя вроде как сам только что просил ее произнести вслух обещание:

– Детка, я хочу быть твоим. И хочу, чтобы ты была моей. Хочу спустя множество десятилетий иметь возможность просто прижать тебя к себе и насладиться тем ощущением тепла, что разольется в этот момент в груди. Ты наполняешь мою жизнь смыслом и делаешь меня счастливым, Джесси. Дьявол, я не силен во всей этой сопливой романтичной ерунде, что тебе нравится, но зато я готов поклясться, что никогда не дам тебе повода усомниться в моих чувствах к тебе. Я пойду на все ради того, чтобы ты была уверена в том, что можешь мне доверять.

– Я доверила тебе свое сердце, – сквозь всхлип шепчет она, прежде чем позволить слезе скатиться по щеке. – Разве это не высшая степень доверия?

– Ты родила мне ребенка, – усмехаюсь я. – Вот это высшая степень доверия, детка.

Не даю ей вставить ни слова, набросившись на ее губы.

Дерьмо.

Очевидно, в беседах я совсем не силен, и по итогу все сейчас приведет нас к сексу.

Но я хотя бы попытался.

К чему все эти разговоры, если я хочу показывать ей любовь действиями?

И начну я, пожалуй, с демонстрации этой самой любви лучшим способом, которым я владею, – на языке секса.

– Как ты думаешь, мы уже достаточно поговорили?

– Ага, – мычит она и снова тянется ко мне для поцелуя, зарываясь в мои волосы."

"Крепче сжимаю ее ягодицы и несу в ванную, не отрываясь от ее губ. Наши языки медленно изучают друг друга, словно в первый раз. Руки Джесси не перестают касаться меня, и мое тело дрожит от предвкушения.

Не снимая одежды, я впечатываю Джес в стенку душа, покрывая скользящими поцелуями ее скулы, подбородок, шею, пока она тянется рукой к крану, чтобы включить воду. Наконец у нее получается повернуть его, и на нас сверху начинает литься вода. Наши губы снова встречаются, без слов говоря о любви. Дыхание сливается воедино. Нервные окончания накаляются до предела. Тела горят, желая ощутить друг друга каждой клеточкой кожи, и я перестаю сдерживаться.

– Нам нужно избавиться от одежды, – выдыхаю.

Джес перестает обвивать меня ногами и ставит их на плитку, и я тут же опускаюсь перед ней на колени. Цепляюсь пальцами за шлевки шортиков, чтобы спустить их вниз, а затем начинаю касаться губами нежной кожи на ее бедре. Джессика избавляется от своей рубашки и, когда я провожу языком по ткани ее трусиков, вдруг тянет меня за волосы, заставляя подняться.

– Детка… – сопротивляюсь я, желая поласкать ее языком.

– Оставим все ласки на потом, прошу, – шепчет она, и я тут же выпрямляюсь в полный рост и ловлю ее губы своими, спуская одновременно с этим спортивные штаны.